Можно ли с помощью одних только слов, вербально, или, как еще говорят, «теоретически» обучить практике исследования? Лекции по социологии, даже если они хорошо подготовлены преподавателями и хорошо усвоены студентами, лишь с большим трудом изменяют привычное мышление и способ видения тех, кто их читает и изучает. Как преподавать социологию, ее методы и результаты, чтобы способствовать реальному освоению «ремесла социолога» как способа специфического восприятия социального мира?1 Иными словами, как ограничить эту предрасположенность системы образования к производству знаний (во всяком случае, в некоторых областях науки), которые остаются как бы чужими для тех, кто их получает, и обычно забываются сразу после экзаменов? Действительно, в такой дисциплине, как социология, образовательная институция реализует способность выхолащивать особым образом, а именно «нейтрализуя» то знание, которое она должна передавать, и превращая его просто в учебные сведения. Для студентов, как и для преподавателей, курс социологии часто является неким минимумом, который следует выучить и суметь воспроизвести, чтобы успешно сдать экзамены в конце года. Тогда как в результате настоящего усвоения социологии и ее достижений должно произойти глубокое и устойчивое изменение привычного восприятия социального мира.

Уже к 1930 г., когда перед социологами встала задача составить программу курса социологии, они столкнулись с этой педагогической проблемой. Тогда же социологи разделились на две группы, предлагавшие весьма различные решения. Первая группа профессионалов (Бэйе, Бугле, Дави, Фоконне) выступала за преподавание социологии, которое можно назвать «энциклопедическим» в том смысле, что оно уделяет меньше внимания исследовательской работе, а больше — уже полученным результатам, оформленным и систематизированным в учебниках. Вторая группа, представленная в основном социологами, работающими не в университетах, а в исследовательских центрах (Гране, Хальбвакс, Мосс, Симиан), отдавала предпочтение обучению «на примерах». Личный опыт этих социологов склонял их к мысли, что глубокое знание может быть передано только через комментированное изучение случая, поскольку методы работы представлялись им более поучительными, чем изложение результатов исследований, а «обучение без отрыва от производства» — более эффективным, чем абстрактные и общие рассуждения на тему социологических исследований1.

Совершенно очевидно, что это проблема не только педагогическая: она обращает нас к вопросу о содержании самой дисциплины, к тому, что каждый преподаватель считает важным передать. Например, если считать достаточным, чтобы студенты знали критерии, которыми определяется «социальный класс», а также могли воспроизводить, даже не читая, заглавия и авторов классических трудов по социологии, то учебники успешно могут с этим справиться.

Но мы считаем, что важнее научить тому, как вычленять из самых банальных взаимодействий обыденной жизни ту «борьбу классов», которую раскрыл Карл Маркс — один из «отцов-основателей» социологии. Чтобы вскрыть

эту борьбу (обычно невидимую, поскольку она выражается не на ученом и условном языке борьбы классов, а скорее на языке «вкуса» и «безвкусицы», «симпатий» и «антипатий»), чтение работ такого социолога, как Эрвин Гоффман, который создает настоящую этнографию повседневной жизни наших обществ, нам представляется наиболее эффективным и поучительным1.

В деле приобретения социологического навыка учебники по социологии занимают важное место, и они, безусловно, необходимы. Кроме всего прочего, они способствуют быстрому и экономному усвоению базовой «социологической культуры», т. е. совокупности необходимых реперов (имена собственные, понятия, идейные течения и т.д.), которые позволяют фиксировать этапы истории науки и те проблемы, с которыми она сталкивалась. Но следует признать, что учебники совсем не помогают студентам узнать, как реально провести исследование, составить вопросник, критически интерпретировать ответы, мобилизовать все данные и необходимую информацию, короче, сконструировать объект исследования и провести оригинальное исследование, которое не было бы простым повторением уже осуществленных работ. Однако если учебников по социологии довольно много, то, напротив, совсем недостаточно работ, которые ставили бы себе целью приобщить студентов к социологической практике, не отвергая при этом теоретических амбиций, свойственных учебникам. Именно такую цель и ставит перед собой данная работа.

На страницах этой книги вы не найдете ни экскурса в историю «социологической мысли», ни резюме известных классических трудов, ни даже систематического

перечня основных понятии социологической науки. В большой мере все эти аспекты будут представлены, но в практическом разрезе, т. е. в конкретном их применении и на материале исследований. Мы сознательно делаем упор на способе социологического мышления в действии, чем объясняется большое разнообразие цитируемых, анализируемых и сравниваемых работ. Кроме того, были отобраны новые исследования, касающиеся очень близких студентам сфер (школа, политика на телевидении, иммигранты, опросы общественного мнения, отношения с родителями и т. п.) и, следовательно, в определенной степени доступных их собственному опыту.

Стремясь изложить подходы, разработанные в практике социологических исследований, эта книга попадает в особую область, которая не сводится ни к области теоретического дискурса, ни к области механического научения набору приемов. Задача данной работы — познакомить студентов с плодотворной практикой исследований, предложить им инструменты анализа, которые можно было бы реально применять. Хотелось бы, в частности, найти ответ на вопрос, который почти всегда задают себе изучающие социологию: как следует поступать, чтобы в рамках исследования практически объединять одновременно теории известных авторов и методики наблюдения, сбора, анализа данных? Не имея возможности привлечь студентов к участию в настоящем исследовании (что было бы наиболее продуктивным), мы решили представить самые разные примеры исследований. Их нужно воспринимать не как «модели» для подражания, но как практические упражнения, где используются принципы анализа, продемонстрировать которые можно только в конкретных приложениях.

Книга состоит из четырех глав, каждой из которых свойственна собственная логика, а потому любая из них может быть прочитана независимо от других. Главы даны в порядке, который не исключает и другой последовательности прочтения. В первой главе («Личный опыт и научное требование объективности») на примере ряда работ,

в частности исследований армии, церкви и школы, ставится один из вопросов, который обычно возникает перед любым студентом, изучающим социологию, а именно вопрос об объективности. Уже Эмиль Дюркгейм в «Методе социологии» настаивал на необходимости «понимать социальные факты как вещи», однако важно еще знать, как осуществить это в конкретном случае, особенно когда исследователь обращается к социальным универсумам, частью которых является сам.

Вторая глава («Предмет социологии и социальная проблема») на основе анализа нескольких современных социальных проблем («положение женщин», «иммигранты», «третий возраст» и т.д.) раскрывает незаменимую роль социальной истории, позволяющей установить генезис того, что сегодня нам кажется очевидным и, соответственно, относительность этих проблем. Исследование показывает, что социальная проблема не является, как это часто думают, социологической проблемой, но — и это особенно важно — что социальную проблему можно изучать социологически.

Третья глава («Статистическое конструирование») на примере самоубийств, безработицы, контрацепции и использования социально-профессиональных категорий показывает, что незаменимость статистических исследований, совершенно очевидная для социолога, не должна заслонять того факта, что сами исследования конструируют реальность, которую они берутся объективно измерять, и что трудности измерения связаны вовсе не с несовершенством инструментария, но почти всегда исходят от самой социальной реальности. Таким образом, в качестве объекта изучения здесь взяты социологические исследования, и к самой социологической практике применены методы социологии.

Этот прием служит удачным введением к последней главе («Разрыв с предвзятыми или искусственно созданными конструкциями»), которая показывает, что одно из главных препятствий для социологической практики сегодня состоит в распространении результатов социальных

наук или, точнее, в определенном представлении о социологии, сложившемся в обществе. Рассматривая в качестве примера опросы общественного мнения (зондажи), которые обычно путают с социологией, эта глава напоминает, что социологическая практика отнюдь не сводится к использованию одних лишь технических приемов анкетирования, но в первую очередь предполагает операции по конструированию объекта исследования, а через него — и собираемых данных.