Альманах «Социологос» отражает три существенные тенденции российской социологии. Во-первых, ориентацию на совместную публикацию работ западных и российских исследователей. Во-вторых, стремление к единой социальной науке, объединяющей как социологию, так и философию. В-третьих, установку на прояснение логической связи между социологией и социально-политической проблематикой.
На сайте представлены как опубликованные, так и готовящиеся к печати работы. От ссылки на представленные тексты не освобождаются ни научные тексты, ни студенческие рефераты. Сайт является результатом научного энтузиазма и надежды на то, что социологическое поле в современной России еще существует и сохраняет, если не свою профессиональную автономию, то хотя бы установку на ее завоевание.
Sociologos 2001. Социоанализ Пьера Бурдьё
Пьер Бурдье — несомненно один из крупнейших социологов современности. Как во Франции, так и в Европе фигур равновеликих ему сегодня нет. По силе воздействия на свою эпоху П. Бурдье сравнивают с Ж.-П. Сартром, называя «тотальным интеллектуалом» и подчеркивая тем самым широту его непосредственных интересов. На разных этапах своего творческого пути П. Бурдье исследовал социальное воспроизводство, систему образования, государство, власть и политику, литературу, масс-медиа, социальные науки. Он не поддается одномерной оценке и менее всего подходит на роль идола. Он тот, кто будоражит умы, вызывает восхищение и надежду одних и бурный протест других.
Лаку-Лабарт Ф. Поэтика и политика
Почему с самого начала поэтика смогла возникнуть из политического дискурса, из философского дискурса о политике? Или не так резко: как случилось, что первоначальный и основополагающий текст, который Запад, начиная с Аристотеля, называет словом «поэтика», как случилось, что этот текст, этот первоначальный документ, не только входит в философскую книгу, где растворилась — впрочем также полностью основополагающим образом — политическая судьба философии, но и фигурирует там в качестве одного из важнейших элементов политического проекта и размышлений о государстве, которым, собственно, и посвящена эта книга? В более общем виде: как получилось, что именно под названием того, что философия в момент своего установления определила как политику, впервые наметились сущность, значение и функция поэзии и искусства? И каким образом философия, желая законодательствовать в политике и, для начала, в воспитании социального тела, оказалась перед необходимостью прежде установить законы в области искусства? Чем было искусство в ее глазах или, скорее, что в нем было такого, чтобы его тут же, почти спонтанно, сочленили с политикой?
