Sociologos

Книга, которую Вы раскрыли, не просто перевод «еще одного» учебника по социологии, хотя бы и с наборами конкретных приемов проведения исследования. Ее авторы подходят к научной практике иначе: они пытаются практически научить социологическому видению и мышлению через вовлечение читателя в анализ конкретных социальных ситуаций и повседневных взаимодействий, превратить социологию из академической дисциплины в образ жизни.

Россия как квазиимперия: социологическая постановка проблемы

Существует геополитический термин: Большие Пространства (Grossraum). Он возник еще в античном мире, предопределенный спецификой Средиземноморья, южных пустынь и горных хребтов. Термин как бы повторял тенденции развития, ориентированные на географические сектора как вдоль параллелей, так и на ось Восток — Запад. Настоящая статья посвящена эмпирическому анализу форм репрезентации в обыденном сознании смысла oдного из Больших Пространств — России.

При проведении социологических измерений важную роль играет метод построения выборки — совсокупности индивидов, подлежащих опросу  или интервьюированию. Прежде всего, очевидно, что выборка должна быть представительной, т.е. репрезентировать параметры генеральной совокупности, значинмые с точки зрения целей исследования.

Понятие социальной реальности отсылает нас к изучению эпистемологических оснований социологического дискурса. Опираясь на систему понятий, разработанных в рамках структурализма и генетического структурализма [1—5], а также результаты нашего экспериментального исследования, мы постараемся проанализировать некоторые символические структуры социологического дискурса. В качестве эмпирической базы использовались статьи, опубликованные в журналах «Социологические исследования», «Социологический журнал» и в «Журнале социологии и социальной антропологии» в 1997—2000 годах.

В чем заключается социальное назначение науки? Возможно ли создание науки о науке, то есть социальной науки научного производства, способной описывать и направлять его социальное использование? Чтобы ответить на эти вопросы, необходимо вначале напомнить несколько понятий, являющихся условием обоснованного анализа и, в частности, понятие поля, генезис которого мне бы хотелось кратко представить.

Главный замысел данного исследования — попытаться раскрыть специфические характеристики государственного интереса, которые скрываются за очевидностью, обеспеченной согласием между разумом, сформированным государством, государственным разумом и структурами государства. Нужно, следовательно, не столько задаваться вопросами о факторах возникновения государства, сколько задуматься о логике исторического процесса становления такой исторической реальности как государство: сначала в его династической форме, а потом в бюрократической. Нужно не столько описывать (т. е.

В книге рассматривается «пространство новых социологий», связанное с именами П. Бергера, П. Бурдье, Л. Болтански, Э. Гидденса, И. Гофмана, Т. Лукмана, Л. Тевено, Н. Элиаса. Впервые критический анализ обращается одновременно ко всем этим социологам, обычно рассматриваемым порознь. Коркюф объединяет данных авторов рамками социального конструктивизма. Он пытается выйти за границы традиционно устоявшихся и ставших бесплодными оппозиций социологии: (объективное/субъективное, коллективное/индивидуальное), интерпретируя социальную реальность не как данность, а как результат конструирования. Книга решает, прежде всего, учебные задачи, но она безусловно полезна для специалистов: социологов, философов, историков.

Книга известного философа Жана-Франсуа Лиотара (р. 1924 г.) стала за годы, прошедшие со времени ее первой публикации, классической. В ней освещаются вопросы знания, его состояния и модели легитимации в постсовременную эпоху, а также различные типы языковых игр и их прагматика, Автор исследует, каким образом в наше время может легитимироваться социальная связь, что происходит с идеей справедливого общества, может ли результативность и эффективность системы быть целью познания и развития общества.

В статье утверждается, что социальная история социальных наук дает возможность исследователю изучить его собственное бессознательное, отложившееся в его представлениях в процессе пребывания в своей дисциплине. Объективация объективирующего субъекта мобилизует научные ресурсы: она помогает исследователю освоить объективированную и инкорпорированную историю. Это позволяет снять угрозу релятивизации социальных наук. Прибегая к объективации объективирующего субъекта, социальные науки могут использовать собственные интеллектуальные инструменты как рефлективные инструменты, способные защитить их от следствий изучаемых социальных причин.